Символизм физического и психического 1 глава

Введённое Юнгом понятие архетипа было только умозрительным конструктом. В поисках доказательства собственной догадки существования архетипов[165] он сотрудничал с одним из выдающихся физиков ХХ столетия, лауреатом Нобелевской премии Вольфгангом Паули[166], внёсшим значимый вклад в создание квантовой механики[167]. Плодом совместного творчества Юнга и Паули явилась работа «Влияние архетипических представлений на формирование естественнонаучных Символизм физического и психического 1 глава теорий у Кеплера»[168]. В этой статье Паули пришёл к выводу, что фундаментальная[169] структура архетипа самости находит символическое отражение[170] в естественнонаучных построениях[171]. Паули считал, что «общая неувязка связи меж психологическим и физическим, внутренним и наружным не может быть решена и при помощи появившегося за последние 100 лет понятия "психофизического" параллелизма Символизм физического и психического 1 глава[172]. Современное естествознание привело нас к более удовлетворительной точке зрения на эту связь, введя понятие дополнительности конкретно в физику. Более удовлетворительным было бы такое положение, когда физическое и психическое можно было бы рассматривать как дополняющие друг дружку нюансы одной и той же действительности»[173]. Конкретно в связи с проникновением физики в Символизм физического и психического 1 глава сферу микромира, по воззрению Паули, раскрывается возможность сотворения одного языка, способного обрисовывать процессы, относящиеся как к физической, так и к психологической сферам. Он лицезрел «соответствия меж психическими и квантово-механическими понятиями», называл безотчетное «секретной лабораторией» и, как писала ученица и последовательница Юнга Мария-Луиза фон Франц «рассчитывал, что идеи Символизм физического и психического 1 глава, связанные с подсознанием, выйдут за "узенькие рамки терапевтического внедрения" и окажут воздействие на все естественные науки, изучающие жизнь и все с ней связанное»[174]. «Мне представляется, — гласил Паули, — что попытка алхимии выработать единый психофизический язык провалилась только поэтому, что там шла речь о видимой, определенной действительности. Но в нынешней физике Символизм физического и психического 1 глава мы имеем дело с невидимой реальностью (объектами атомарного уровня), в воззвании с которой наблюдающий обладает известной свободой (так как он стоит перед кандидатурой "выбор и жертва"), а в психологии безотчетного мы изучаем процессы, которые не всегда могут быть совершенно точно приписаны какому-то определенному субъекту. Попытка сотворения психофизического монизма представляется мне Символизм физического и психического 1 глава сейчас несоизмеримо более многообещающей, если разыскиваемый единый язык (еще неведомый, нейтральный по отношению к дихотомии психического-физического) будет отнесен к более глубочайшей невидимой действительности. Тогда отыщется и метод выразить единство бытия, трансцендирующий, в смысле принципа соответствия (Бор), каузальность традиционной физики и предусматривающий в качестве особенных случаев психофизические связи и Символизм физического и психического 1 глава согласование априорных подсознательных форм представления с данными наружного восприятия»[175]. Паули возлагал надежды, что единая картина мира, существовавшая прямо до XVII века и потом расколовшаяся на естественнонаучную и мистико-теологическую, может быть вновь воскрешена[176]. Он считал, что понять отношение научного познания к религиозному переживанию «можно только при помощи знаков, позволяющих не Символизм физического и психического 1 глава только лишь наглядно выразить чувственную, чувственную сторону переживания, да и установить связь со всей совокупой познаний рассматриваемой исторической эры и с реальным процессом познания»[177],— ведь конкретно знак соединяет, ассоциирует, связует, взаимо-дополнительные противоположности, тем примиряя их [178].

В работе «О природе психе»[179], ставшей ещё одним результатом сотрудничества Символизм физического и психического 1 глава с Паули, Юнг делает вывод о том, что вещественное и психическое «соприкасаются» вместе на каком-то глубинном уровне — об этом свидетельствует наличие синхронистических совпадений[180] — и представляют собою два взаимо-дополнительных метода проявления единой природы[181]. По убеждению Юнга, «глубинные слои психэ теряют персональную исключительность по мере того, как отступают всё далее и Символизм физического и психического 1 глава далее в мглу. Это последовательное "движение вниз" значит, что по мере их приближения к автономным многофункциональным системам, они становятся всё более коллективными, прямо до универсализации и растворения в телесной материальности, другими словами в хим веществах. Углерод тела человека — это просто углерод. Как следует, на своём "деньке" психэ является просто Символизм физического и психического 1 глава миром»[182]. В дополнении, изготовленном Юнгом (и просмотренном Паули[183]) к работе «О природе психе», Юнг писал: «Психология, по-видимому, должна в свете физических находок пересмотреть свои "только психологические" догадки. ... Меж физикой и психологией практически существует подлинное и аутентичное отношение дополнительности. ... Психе — это не хаос, состоящий из случайных капризов и событий Символизм физического и психического 1 глава, а беспристрастная действительность, к которой исследователь может получить доступ при помощи способов естественной науки»[184]. Он был убеждён, что «рано либо поздно ядерная физика и психология безотчетного должны будут сблизиться, по мере того, как они, независимо друг от друга и продвигаясь в обратных направлениях, будут производить прорыв на Символизм физического и психического 1 глава местность трансцендентального: одна — при помощи понятия атома, другая — средством понятия архетипа. ... Психе и материя есть в одном и том же мире, и любая из их сопричастна другой; в неприятном случае, нереально было бы взаимодействие. Как следует, если б исследование могло продвинуться довольно далековато, мы в конце концов пришли бы к согласованию Символизм физического и психического 1 глава физических и психических понятий»[185].

В работе «О природе психе» Юнг ассоциировал «отношение психологического и вещественного мира с 2-мя конусами, чьи верхушки соединяются в одной точке — на самом деле, в нулевой точке — касаясь и не касаясь друг друга»[186]. Той «нулевой точкой», в какой происходит соприкосновение физического и психологического Символизм физического и психического 1 глава миров, является, по Юнгу, архетип. «Архетипы, — писал он, — должны владеть непсихическим нюансом. ... психе ... в качестве беспристрастного факта ... должна быть внутренне связана не только лишь с психическими и био явлениями, но также и с физическими событиями — и, по-видимому, более глубоко с теми, что относятся к сфере атомной физики»[187]. Находящиеся «в Символизм физического и психического 1 глава бездне» психологического архетипы представляют собою, как утверждал Юнг, некоторые «априорные способности формо-представления»[188]; потому они как раз и могут быть соотносимы с теми математическими формами[189], которые физика обнаруживает «в бездне» мироздания[190].

Продолжая рассуждения Юнга и Паули[191], можно выдвинуть последующее утверждение: если физика античности и средневековья устанавливала «поверхностное», «очевидное», аналогическое Символизм физического и психического 1 глава[192] соответствие меж наружным космос'ом и внутренним олам'ом[193], если традиционная физика прозревала это соответствие средством соотнесения экспериментально выделяемыхэлементов[194]мироздания с оптимальными математическими структурами сознания[195], то современная физика продвинулась еще «глубже» — а поэтому более полное осознание природымикро-мира, а означает и мира вообщем, может быть только при условии соотнесения структур Символизм физического и психического 1 глава, открывающихся в сфере микромира со структурами коллективного бессознательного[196]. Это позволит сделать в системе научного познания общее измерение, соединяющее наружный космос и внутренний олам[197], а означает приблизит появление новейшей научной парадигмы, отвечающей по своим интегративным масштабам целостному миропониманию человека третьего тысячелетия и позволяющей преодолеть разрыв гуманитарного, естественнонаучного и Символизм физического и психического 1 глава богословского знания[198], о необходимости чего всё больше говорится в последнее время[199]. Мысль эта кажется довольно сумасшедшей для того, чтоб быть истинной[200].

До сего времени человек шел по пути о-своения и пре-одоления наружного места. Сейчас, когда про-стран-ство рас-про-странения людского по(н)имания достигнуло собственного Символизм физического и психического 1 глава предела — самоотрицающей стран-ности[201] — сама логика зания понуждает нас, достигнув наружной границы, обратиться к собственному внутреннему месту. Освоение микромира позволило получить доступ к колоссальной энергии — энергии атомного ядра, наделённой воистину магической силой[202]. Освоение же собственного «внутреннего микромира» поможет открыть доступ к большой психологической энергии «ядра» людской души[203], энергия которой никак Символизм физического и психического 1 глава не меньше, чем энергия расщепления атома[204].


На пороге «сверхъестественнонаучной» революции

Обнаружение глубинных точек соприкосновения науки и религии может быть только при условии сотворения недуалистической онтологии, не противопоставляющей res cogitans и res extensa[205]. Но откуда её взять? Наука обнаруживает только формальные структуры мироздания[206]; она открыта длясмыслового наполнения[207], а методов различить интерпретации исходя только из Символизм физического и психического 1 глава «внутренних», «формальных» суждений, нет[208]. Все интерпретации приводят — либо, по последней мере, должны приводить — к схожим экспериментальным следствиям, в неприятном случае они могли быть не разными интерпретациями, но разными теориями; различие в интерпретациях принадлежит области метафизики — сфере, так сказать сверхъестественнонаучной[209].«Минималистская» интерпретация объект(ив)ной науки — материалистическая[210]. Но Символизм физического и психического 1 глава сейчас она приходит в противоречие с тем, что находится самой же наукой[211]. Сами создатели новейшей, неклассической физики в поисках смыслового заполнения собственных формальных математических моделей[212] направляли взгляд к магической традиции Востока. Им казалось, что собственного рода «дополнительность» «восточного» подхода, для которого типично недуальное восприятие реальности, позволит преодолеть ограниченность новоевропейской субъект Символизм физического и психического 1 глава-объектной парадигмы[213]. Так, Бор интересовался китайской Книжкой Перемен[214], Шрёдингер — Упанишадами[215]. Но умственное паломничество учёных на Восток не вышло за рамки спекулятивных аналогий что, вобщем, полностью естественно, ибо явление, возникшее на почве западноевропейской, христианской в собственных основах, культуры, интерпретировалось в контексте совсем чуждой традиции. Параллели, которые усматривали исследователи меж современной Символизм физического и психического 1 глава физикой и магическими традициями Востока так и остались просто параллелями. Отсутствие конкретных пересечений не позволило получить сколько-либо весомый итог, что свидетельствует о малопродуктивности такового подхода. Только воззвание к той традиции, на почве которой и подросло современная наука, — традиции христианской, — может позволить прояснить метафизические предпосылки и теологические экспликации новоевропейской науки Символизм физического и психического 1 глава.

Можно сказать, что научный взор на мир — это, если можно так выразиться, взор «со стороны человека». В Откровении же нам дан взор «с другой стороны» — со стороны Творца. И не случаем библейское повествование начинается с Шестоднева, открывающего точку зрения Создателя на Своё творение. В связи с этим Символизм физического и психического 1 глава перед богословием встаёт сложнейшая задачка исследования вопроса о способности построения не-дуалистической онтологии, имплицитно подразумеваемой Шестодневом и эксплицируемой с помощью достижений современной науки[216].

Как уже было сказано, средневековые богословы, будучи обязаны отвечать на наружные вопрошания на языке собственного времени, унаследовали главное противоречие древней философии: то, что само по себе Символизм физического и психического 1 глава постоянно — мир идей-сущностей, — сразу причаствует стихии изменчивости — тварному бытию. При всем этом творение мира Богом из ничего интерпретировалось как создание чего-то, характеристики чего ничем не обоснованы, а означает — произвольны, и поэтому в принципе совместимы с хоть какой онтологической схемой, — в том числе и с дуалистической схемой, взятой из древней Символизм физического и психического 1 глава языческой философии. Но если разглядеть акт творения не как акт, выходящий за границы всякой онтологии, как онтологический акт, вызывающий к жизни то, содержание чего предопределено самим актом, то тогда акт творения можно осознавать как внесениезакона (а конкретно открытие законов и является основным достижением современной науки) вовнутрь самой стихии изменчивости Символизм физического и психического 1 глава[217].

Изменение онтологических представлений о началах мироздания подводит нас к порогу новейшей —«сверхъестественнонаучной» — революции[218], схожей той, что произошла, когда Галилей направил на небеса собственный телескоп[219]. На данный момент нам тяжело осознать всю революционную смелость тогдашнего «поворота от дольнего к горнему», ведь для нас небесные и земные тела отменно Символизм физического и психического 1 глава однородны, так что приборы, применяемые для исследования земного естества полностью подходят и для исследования естества «небесного». Меж тем, ещё с глубочайшей древности утвердилось представление о том, что небесные тела состоят из другой субстанции, ежели тела мира подлунного[220]. Когда Галилей направил свою зрительную трубу на небо, то за этим стояло неразговорчивое Символизм физического и психического 1 глава признание отсутствия онтологической грани, разделяющей земную и небесную сферы, отсутствие же сущностной границы значит, что на небе действуют те же самые законы, что и на земле. По сути, как подчёркивает П.П. Гайденко, «снятие принципного различия меж надлунной и подлунной сферами, которое историки науки считали одним из Символизм физического и психического 1 глава революционных открытий Галилея, вышло 2-мя столетиям ранее», исходя из богословских предпосылок волюнтативной теологии, в контексте которой сформировались предпосылки научной революции. Один из её виднейших представителей У. Оккам считал, что «всё сотворенное отделено настолько огромной пропастью от Творца, что граница меж небесным и земным мирами уже не носит онтологического нрава и Символизм физического и психического 1 глава для теолога не имеет существенного значения»[221]. Очевидно, Оккам не мог предугадать далённых последствий собственных богословских положений. Сейчас мы также не лицезреем перспектив, открывающихся за пределами горизонта, отделяющего «земное» от «небесного»[222]. Непременно только одно: новоевропейская наука, когда-то противопоставившая себя религии и отвергшая «небесное» в пользу «земного», вновь ворачивается к той крещальной Символизм физического и психического 1 глава — христианской — купели, из которой она когда-то вышла, чтобы чрез неё обрести новое — онтологическое — рождение. Одним из высочайших достижений европейской науки стало построение собственного рода «лестницы на земное небо» — исследование галлактического места. Трудно даже представить, какие новые перспективы могут открыться нам завтра, если «онтологически воцерковлённая» наука сумеет воссоединить «внутреннее Символизм физического и психического 1 глава» и «внешнее»[223], «земное» и «небесное»[224].

Выступая на проводившейся на рубеже 1000-летий конференции «Проблемы взаимодействия Российской Православной Церкви и ведущих научных центров России» Святейший Патриарх Столичный и всея Руси Кирилл (тогда — митрополит Смоленский и Калининградский) произнес: «Состояние науки — это стратегический вопрос развития Рф. Это, в конце концов, вопрос о том Символизм физического и психического 1 глава, какой будет наша страна в ХХI веке и в следующее столетие. ... Наши усилия нужно навести на преодоление средостений, имеющихся в научной среде по отношению к Церкви, по преодолению предрассудков, сформированных в протяжении десятилетий ... Сразу мы должны стремиться решать и пастырские трудности в отношении верующих ученых, которые работают Символизм физического и психического 1 глава в сложнейших областях современной науки и техники, часто нуждаясь в поддержке священника. Думаю, что настало время сотворения Православной Академии. ... Практические шаги ... ... сумеют серьезно посодействовать развитию диалога меж Церковью и научной общественностью, решению насущных пастырских задач в отношении верующих ученых, примирению и согласию в обществе, формированию достойных государственных ценностей и эталонов. Глубоко Символизм физического и психического 1 глава убежден, что предел ХХI века — подходящее время для таковой работы»[225]. В Основах же социальной концепции Российской Православной Церкви, принятых в том же году на Юбилейном Архиерейском Соборе подчеркивается, что «ныне для обеспечения обычной людской жизни как нельзя нужно возвращение к утраченной связи научного познания с религиозными духовными и Символизм физического и психического 1 глава нравственными ценностями»[226]. А это может быть только при условии построения онтологии, соответственной, с одной стороны, современным научным представлениям о мироздании[227], с другой — укоренённой в библейской традиции Откровения[228]. Если получится сделать такую онтологию, это даст колоссальный импульс всей людской культуре[229], ведь онтология является тем фундаментом, в бездну[230] которого уходят Символизм физического и психического 1 глава культовые, литургические[231] корешки культуры[232]. И свершить это под силу только Церкви, объединившей свои усилия с наукой. Церковь озабочена, сначала, не сиюминутными интересами, но предельными вопрошаниями — о происхождении, смысле и назначении самого бытия, она глядит на всё, если так можно выразиться, «с точки зрения вечности». Наука же всегда со-в-ременна[233]. Сопряжение Символизм физического и психического 1 глава этих 2-ух точек зрения[234] способно посодействовать обрести новое — более целостное видение мира, человека и Бога — в перспективе времени и в перспективе вечности[235].

[1] Греч. ε̉ποχή - значимый момент, задержка, приостановка в счете времени, а также-воздержание от окончательного суждения (Древнегреческо-русский словарь / Сост. И.Х. Дворецкий под ред. С.И. Соболевского Символизм физического и психического 1 глава. Т. I. М.; Государственное издательство зарубежных и государственных словарей, 1958. С. 632).

[2] Дискуссии этих тем были посвящены, а именно, ещё соборные слушания «Вера и познание: наука и техника на рубеже столетий», проходившие под председательством Святейшего Патриарха Столичного и всея Руси Алексия II в марте 1998 года в стенках древних российских обителей - Свято-Троицкой Символизм физического и психического 1 глава Сергиевой Лавры и Столичного Данилова Монастыря. Посреди присутствовавших были президент Русской Академии Ю.С. Осипов, министр науки и технологий Русской федерации В.Е. Фортов. Обращаясь к участникам слушаний, Святейший Патриарх Алексий выделил, что обсуждение заморочек, которые выдвигаются сейчас перед человеком развитием современной науки и техники, «очень Символизм физического и психического 1 глава принципиальное и своевременное намерение, имеющее огромное значение как для всего нашего общества и страны, так и для Российской Православной Церкви» (Соборные слушания "Вера и познание: наука и техника на рубеже веков". Саров, 2000. С. 3).

[3] Само слово modern происходит от латинского modo - только-только, не так давно. Как отмечает Ю. Хабермас Символизм физического и психического 1 глава, слово modern употребляли ещё в V для разграничения христианского реального и языческого прошедшего (см.: Хабермас Ю. Модерн - незавершённый проект // Вопросы философии, 1992, № 4. С. 40-41). Новейшей - modern'овой - понимала себя и эра Карла Величавого. Когда в XII веке аббат Сюжер взялся за реконструкцию базилики аббатства Сен-Дени в Париже, он сделал совсем новый Символизм физического и психического 1 глава стиль, потом получивший наименование «готического». Сам Сюжер называл его opus modernum - современное творение (см.: Панофский Э. Аббат Сюжер и аббатство Сен-Дени // Богословие в культуре средневековья / Отв. ред. свящ. Леонид Лутковский. Киев: Христианское братство «Путь к истине», 1992. С. 79-117). Потом, итальянскими теоретиками эры Возрождения был выдуман термин «готика», характеризовавший предыдущий Символизм физического и психического 1 глава средневековый стиль как «варварский». Собственный свой стиль они называли antica е buona maniera moderna - древний и неплохой современный стиль, что отражало ориентацию Ренессанса на стиль древней Греции в современной интерпретации. Стиль, появившийся в эру Барокко, современниками также обозначался как modern. Это длилось прямо до ХХ столетия - для каждого времени его стиль Символизм физического и психического 1 глава - «современный», modern'овый. Но всё-таки обычно понятие modern соотносится с периодом, начавшимся в 1600 году и заканчивающимся в XX веке (Панофский Э.Ренессанс и «ренессансы» в искусстве Запада / Пер. А.Г. Габричевского. М.: Искусство, 1998. С. 33-36).

[4] Сейчас так же трудно представить для себя священника в исследовательской лаборатории, как, скажем, лабораторию Символизм физического и психического 1 глава в стенках монастыря. Меж тем, средневековая наука, из которой и в оттолкновении от которой выросла наука современная, начиналась конкретно с этого (см. напр.:Гайденко В.П., Смирнов Г.А. Западноевропейская наука в средние века. М.: Наука, 1989).

[5] По словам С.С. Аверинцева «предполагалось, что существенное преимущество Церкви как держательницы "настоящей Символизм физического и психического 1 глава веры" и заключается в том, что она в отличие от "неправильных" знает разгадку: разгадку загадки мироздания, неизвестную язычникам, и разгадку загадки Писания, неизвестную иудеям. Вверенные ей "ключи царствия небесного" - это сразу "ключ" к галлактическому шифру и к скриптуральному шифру, к двум видам "текста": к универсуму, читаемому Символизм физического и психического 1 глава как энигматическая книжка, и к "Книжке" (Библии), понимаемой как целый универсум - universum symbolicum» (Аверинцев С.С.Поэтика ранневизантийской литературы. М.: Основная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1977. С. 141).

[6] Греч. μηχανή - приспособление, ухищрение (Древнегреческо-русский словарь / Сост. И.Х. Дворецкий под ред. С.И. Соболевского. Т. II. М.; Государственное издательство зарубежных и государственных словарей, 1958. С Символизм физического и психического 1 глава. 1096) - на славянский сначало переводилось как хитрость.

[7] Греч. τέχνη - не только лишь искусство (как умелое искусственное) и ремесло, да и хитрость,уловка - фактически, обман природы (Древнегреческо-русский словарь / Сост. И.Х. Дворецкий под ред. С.И. Соболевского. Т. II. М.; Государственное издательство зарубежных и государственных словарей, 1958. С. 1622).

[8] Броско, что «математика сложилась Символизм физического и психического 1 глава как наука ... в религиозном союзе пифагорейцев и была частью их религии, - выделил И.Р. Шафаревич в лекции «О неких тенденциях развития математики», прочитанной им по случаю официального вручения Хайнемановской премии Геттингенской Академии. - Она имела ясную цель - это был путь слияния с божеством через постижение гармонии мира, выраженной Символизм физического и психического 1 глава в гармонии чисел. ... Тогда, практически в самый момент ее рождения, уже обнаружились те характеристики арифметики, благодаря которым в ней яснее, чем где-либо появляются общечеловеческие тенденции. Вот поэтому математика послужила моделью, на которой были выработаны главные принципы дедуктивной науки» (Шафаревич И.Р. О неких тенденциях развития арифметики // http Символизм физического и психического 1 глава://shafarevich.voskres.ru/a90.htm; ср.: Шичалин Ю.А. Статус науки в орфико-пифагорейских кругах // Философско-религиозные истоки науки / Ред. П.П. Гайденко. М.: Мартис, 1997. С. 12-43).

[9] «Философия написана в величавой книжке (я имею в виду Вселенную), которая повсевременно открыта нашему взгляду, но осознать её может только тот, кто поначалу научится постигать Символизм физического и психического 1 глава её язык и толковать знаки, которыми она написана. Написана же она на языке арифметики, и знаки её - треугольники, круги и другие геометрические фигуры, без которых человек не сумел бы осознать в ней ни одного слова; без их он был бы обречен плутать в потёмках по лабиринту», - писал Галилей (Галилей Г Символизм физического и психического 1 глава. Пробирных дел мастер / Пер. Ю.А. Данилова. М.: Наука, 1987. С. 41).

[10] Как утверждает Жан-Франсуа Лиотар, «приставка "пост" в слове "постмодерн" ... обозначает не движение типа come back, flash back, feed back, т.е. движение повторения, но некоторый "ана-процесс", процесс анализа, анамнеза, аналогии и анаморфозы, который перерабатывает нечто "первозабытое"» (Лиотар Символизм физического и психического 1 глава Ж.-Ф. Заметка о смыслах «пост» // Зарубежная литература, 1994, № 1. С. 59). Принято считать, что отправной точкой для постмодернистского сознания стало возникновение в 1947 году книжки М. Хоркхаймера и Т. Адорно «Диалектика Просвещения». Они проявили, что культ тоталитарно-рациональной системы мышления, высшей точкой которой становится наука, претендующая, в итоге, на построение «единой Символизм физического и психического 1 глава теории всего», в итоге становится предпосылкой саморазрушения новоевропейской цивилизации (см.: Хоркхаймер М., Адорно Т. Диалектика Просвещения: Философские куски / Пер. с нем. М. Кузнецова. М.-СПб.: Медиум, Ювента, 1997).

[11] Сейчас, как отмечает узнаваемый германский философ Михаэль Хагемайстер, мы дошли до некого предела, дальше которого, похоже, идти уже нереально. Очень возможно, - подразумевает он Символизм физического и психического 1 глава, - что на замену всему этому придет «то, что Бердяев называл "практически средневековьем", а практически вновь - время метафизики, иерархий, время, в каком не все будет подвержено логическому понятийному анализу, одним словом, - время Абсолюта. Может быть! ... Я вижу на данный момент только маленькие признаки того, что схожий перелом Символизм физического и психического 1 глава может наступить» (Интервью с М. Хагемайстером // Вопросы философии, 1995, № 11. С. 66).

[12] «Это выражается, - отмечает Д.Л. Сапрыкин, - сначала в чувстве - и поболее того - в осознании исчерпанности трёх основных проектов Нового времени - проекта развития новых наук, приемущественно, естественно-математических и нацеленных на техническое употребление;политического проекта, проявившегося сначало в форме законной абсолютной Символизм физического и психического 1 глава монархии, а позже - новоевропейской демократии и либерализма; и, в конце концов, религиозного проекта Реформы, как протестантской, так и католической» (Сапрыкин Д.Л. Regnum hominis (Имперский проект Френсиса Бэкона). М., 2001. С. 8). Сейчас, на рубеже 1000-летий, в протяжении жизни 2-ух поколений происходит что-то вроде фазового перехода, перехода на новый, не обычный для всей Символизм физического и психического 1 глава прежней истории, режим развития, в определенном смысле «отменяющий» всю предыдущую историю. Как утверждает С.П. Капица, если до этого численность населения земли в протяжении всего времени его существования росла по гиперболическому закону, то сейчас - за микроскопичное по историческим масштабам время - происходит изменение закона, действовавшего в протяжении 1000-летий Символизм физического и психического 1 глава. Происходит резкое понижение темпов роста населения, вызванное не повышением смертности вследствие разных катаклизмов - войн, голода, эпидемий, но резким понижением рождаемости, которое никак не связано с ресурсным кризисом, но, напротив, наблюдается на фоне роста ресурсной базы, потому что среднедушевой доход повсевременно вырастает (см.: Капица С.П. Общая теория роста населения земли Символизм физического и психического 1 глава. Сколько людей жили, живойёт и будет жить на земле. М.: Наука, 1999). Похоже, мы присутствуем при окончании какого-то периода истории населения земли; может быть, это и есть то, что Фукуяма называл «концом истории» (см.: Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. М.: АСТ, 2005).

[13] Основатель научной методологии Нового времени Символизм физического и психического 1 глава Декарт стремился сделать таковой оптимальный способ, который, по его плану, «должен перевоплотить зание в организованную деятельность, освободив его от случайности, от таких личных причин, как наблюдательность и острый разум, с одной стороны, фортуна и счастливое стечение событий - с другой. Образно говоря, способ превращает научное зание из кустарного промысла в Символизм физического и психического 1 глава индустрия, из спорадического и случайного обнаружения истин - в систематическое и планомерное их создание ... , в собственного рода поточную линию» (Гайденко П.П. Эволюция понятия науки (XVII-XVIII вв.) Формирование научных программ Нового времени. М.: Наука, 1987. С. 177).

[14] Показательно, что поначалу это вышло в искусстве и ранее всего, пожалуй, в творчестве Сезанна. Вообщем, формирование Символизм физического и психического 1 глава современной научной картины мира шло сразу с появлением авангардного искусства. «Квантовая физика и искусство - вот две главные арены, где в ХХ веке разыгрывается драма разрушения и сотворения научной и художественной картины мира. ... Век XVII - век величавого размежевания, когда универсализм ренессансной культуры лопается, как плод лимонка, и определяются отдельные Символизм физического и психического 1 глава науки, отрасли познания, жанры искусства. Культура и история, история и миф, наука и искусство, искусство и миф - сейчас все более противостоят друг дружке. Век двадцатый станет, напротив, веком величавого собирания, притяжения различных культур, стилей, традиций. Отрыв искусства от мифа сократится, наука и художественное творчество вновь оборотятся лицом друг к Символизм физического и психического 1 глава другу. Физик будет прицениваться к живописи (прислушиваться к музыке), а живописец вникать в теорию относительности (как Кандинский либо Дали)», - свидетельствует С.П. Батракова, анализируя перемены, происходящие в мировосприятии человека ХХ столетия (Батракова С.П. Образ мира в живописи ХХ века (К постановке задачи) // На грани 1000-летий: Мир и Символизм физического и психического 1 глава человек в искусстве ХХ в. М., 1994. С. 33, 37). Как свидетельствует Вяч.Вс. Иванов, «никогда после начала Возрождения, когда Данте-поэт был неотделим от Данте-учёного, не наблюдалось в истории культуры такового напряжённого взаимодействия науки и искусства, как в 1-ые десятилетия ХХ в.» (Иванов Вяч.Вс. Хлебников и типология авангарда Символизм физического и психического 1 глава ХХ века // Иванов Вяч.Вс. Избранные труды по семиотике и истории культуры. Том II. Статьи о российской литературе. М.: Языки российской культуры, 2000. С. 399). «Искусство на рубеже веков и в 1-ые десятилетия нового XX века переживало эру фактически настолько же коренных конфигураций, что и наука, - отмечает Т.Б. Романовская. - Но, появившись фактически Символизм физического и психического 1 глава сразу, понятие художественного авангарда и новейшей неклассической науки оказались в разном положении друг относительно друга. Само течение авангарда, возникнув частично из-за неравномерности происходившего процесса модернизации, пробовало очевидным образом установить и зафиксировать свое отношение к науке и к технике, с ней связанной. Отношение это было различным в Символизм физического и психического 1 глава различных течениях авангарда - от очевидного восхищения в футуризме, до неприятия в фовизме. Но в первый раз в истории искусства как одна из целей декларировалось создание принципно нового, тогда как до того ценность нового была присуща сначала научному познанию в отличие от художественной деятельности, где главную роль игрались традиции» (Романовская Символизм физического и психического 1 глава Т. Б. Наука XIX-XX веков в контексте истории культуры (личные очерки). М.: Радикс, 1995. С. 119-120). Очевидно, любые аналогии меж художественным авангардом и неклассической наукой, вроде бы красивы они ни были, недоказуемы. По справедливому замечанию Генриха Орлова, «мы ничего не объясним, настаивая на том, что Шенберга вдохновила теория относительности, а Достоевский посодействовал Эйнштейну Символизм физического и психического 1 глава открыть ее. Это менее как параллели - еще наименее значительные чем то, что можно нащупать в глубине, под определенными научными и эстетическими теориями, за разноголосицей проф жаргонов, личных художественных стилей и средств. И в этом широком кругу явлений, и за его пределами - в новых чертах восприятия современной Символизм физического и психического 1 глава реальности и людского поведения - просвечивает новенькая действительность: действительность того мира, в каком человек западной культуры сейчас лицезреет себя, действует, живет и соучаствует. Новенькая культурная действительность выражает себя в тыщах разных форм ... Любая из таких форм, рассматриваемая изолированно, это всего только единичный высокоспециализированный символ, который может не иметь ничего общего с другими Символизм физического и психического 1 глава знаками. Но, понятые в совокупы, каждый на собственном языке, они согласно указывают в одном и том же направлении» (Орлов Г. Древо музыки. Вашингтон - Санкт-Петербург, 1992. С. 244-255). Глубинная причина появления таких синхронистических корреляций, по воззрению прот. Иоанна Мейендорфа, заключается в том, что «подлинное восприятие действительности лежит на целостности познания. Это не Символизм физического и психического 1 глава значит, что математик непременно должен быть также и поэтом, а физик - музыкантом. Всякая форма восприятия должна быть верна для себя и поочередна в собственной своей методологии. Но конечный итог, если он представляет собою итог реального восприятия, может, - и даже должен, - совпадать с достижениями других способов и подходов Символизм физического и психического 1 глава. ... Зание настоящей действительности осуществляется там, где различные формы восприятия сходятся воедино. Конкретно на этом уровне формируется подлинная людская культура» (Мейендорф И., прот. О литургическом восприятии места и времени // Литургия, архитектура и искусство византийского мира. Труды XVIII интернационального конгресса византинистов (Москва, 8 - 15 августа 1991) и другие материалы, посвященные памяти о. Иоанна Мейендорфа Символизм физического и психического 1 глава. СПб., 1995. С. 1-2).


sintaksicheskaya-redukciya-ellipsis-sintaksicheskij-nul.html
sintaksicheskie-i-funkcionalno-semanticheskie-osobennosti-upotrebleniya-uslovnogo-nakloneniya-v-italyanskom-yazike-topik.html
sintaksicheskie-normi-v-prostom-predlozhenii.html